Блокада Ленинграда длилась с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года – 872 дня! Как связаны далекий Ленинград с жителями Купинского района?
В тяжёлые годы Великой Отечественной войны, когда блокада Ленинграда олицетворяла непоколебимость духа и героизм советского народа, жители Купинского района не могли остаться безучастными к судьбе осаждённого города. Их жизни переплелись с трагической и героической историей Ленинграда, формируя особую память и признательность тому поколению.
В 1942-43 годах Купино, небольшой рабочий посёлок в Новосибирской области, стало местом, где находили приют эвакуированные жители блокадного Ленинграда. В условиях войны и нехватки ресурсов, местные власти и жители объединились, чтобы помочь тем, кто потерял свой дом и близких.
13 июня 1942 года в Купино проведено заседание комиссии по встрече эвакуируемых жителей блокадного Ленинграда. Областным руководством было утверждено количество расселяемых человек по каждому району. Нам предстояло принять порядка 3000 человек.
Купинским руководством был разработан следующий алгоритм действий: прибывшие сразу в вагонах проходят медосмотр, для чего выделено 17 работников медицины, затем проходят санобработку и размещаются в помещения. На станции для этих целей взят клуб, небольшая школа и часть жилого дома «Лондон». До санобработки люди получат сухпаёк, после будет организовано питание в столовой.
17 августа 1942 года получен телеграф: «Эшелон №190 с эвакуированными ленинградцами в количестве 1565 человек, в том числе 450 детей для вашего района 6 августа вышел со станции Вологда. Приготовьтесь к их приему и расселению». 21 августа в три района, в том числе и наш, был переадресован другой эшелон в составе 1200 человек, и одиночным порядком направлено еще более тысячи эвакуированных ленинградцев. После были еще эшелоны, и еще!
Как могли жители Купино, привыкшие к своим скромным условиям, принять столько незнакомцев и сделать их частью своей жизни?
Людей размещали как в самом Купино, так и по колхозам района. Практически на каждой улице, тогда еще рабочего поселка, подселяли в семьи, отдавали пустующие саманные хижины, не оборудованные даже элементарной мебелью и топливом. Например, на улице Ленина проживало 22 блокадника, на 1-й Вокзальной и 1-й Аксенова – по 20 человек. Большое количество эвакуированных было размещено в усадьбе МТС, на Крестьянской улице и других. Значительная часть прибывших составляли семьи военнослужащих. Только на улице Кирова проживали семьи Коган, Хапун, Абрамзон, Глебовы, Павлович, Глактионовы и множество других. По сельским советам наибольшее число ленинградцев было заселено в Медяковском сельсовете – 69 человек, в Лукошинском – 48, а в небольшой деревне Молоки – 22 человека. Такая ситуация наблюдалась по всему району. Отдавали эвакуированным не только место, но и еду, теплую одежду, обувь мужей и детей, ушедших на фронт. Ведь многие не представляли, что в Сибири бывают холода под -40.
Житель района Н. П. Паелов вспоминал: «Столько доброты душевной в людях было! В начале войны появились две эвакуированных семьи в селе – из Ленинграда и Москвы. Уезжая с насиженных мест в спешном порядке, они брали с собой лишь самое необходимое. И я видел, как моя мать и другие колхозницы несли приезжим из своих запасов молоко, яйца, картофель, порой последнее делили пополам». Ведь даже усиленный паек для ленинградцев включал скудный набор продуктов на месяц: масло – 0,6 кг, сахар – 0,5 кг, рыба (вместо положенного мяса) – 2,2 кг. Другие продукты, такие как мука и крупа, не выдавались в связи с их отсутствием в районе.
В Купинском районе по состоянию на 1 февраля 1943 год расселено 3615 блокадников. В 1943 году из Ленинграда эшелоном вместе с мамами приехали самые маленькие ленинградцы: Галя Павлова, Боря Кокорев, Таня Гудкова, Женя Баландин, Саша Волкотруб (того же 1943 года рождения). Самой старшей ленинградкой в Купинском районе была Татьяна Филипповна Петрова, ей было 82 года на момент прибытия, проживала она в с. Лягушье.
Условия размещения находились под особым контролем областного руководства. Уже 18 сентября купинцы рапортовали в Новосибирск о проведенной проверке обустройства эваконаселения: «…по Покровскому сельсовету – 52 семьи из Ленинграда. К примеру, семья Большакова на пятый день по прибытию уже пошла работать в колхоз им Куйбышева, семья Старикова (6 человек) также работает в колхозе, благодарят за заботу. Случаются единичные перегибы на местах: группе ленинградцев (11 семей) было отказано в выдаче хлеба на две недели, включая детей, из-за инициативы кладовщика, который отказывался выдавать продукты. Этот инцидент был урегулирован вмешательством руководства района». Но в основном купинцы, простые селяне, как могли помогали.
Ленинградцы нашли приют и работу в сельских районах Новосибирской области. Их труд стал большим подспорьем и для нашего района. Хотя основная масса – дети, пенсионеры, инвалиды, домохозяйки не привлекались к работе, эвакуированные трудоспособного возраста активно включились в производственную деятельность. Люди, работающие в Ленинграде на заводах «Красная Заря, «Большевик», «Союз», «Жданова», швейных и ткацких фабриках, школах, больницах, институтах, вышли работать доярками, поварами, разнорабочими, поварами… Были и исключения: Ханна Фельдман – в Ленинграде работала врачом в клинике, в Купино была устроена врачом в амбулатории, Антонина Устинова – в Ленинграде работала в ж/д Депо, в Купино машинистом паровоза, Ольга Баранова, учитель, преподавала у нас в Мальковской школе. Осваивали блокадники и новые профессии – на рыбзаводе в Яркуле работали Прасковья Мельникова, Евдокия Раскина, Гильда Юнг. В колхозе «Красный рыбак» деревни Чиняиха трудились Евдокия и Вера Радченко. Нина Верещагина, работавшая в Ленинграде старшим химиком научно-исследовательского института, стала библиотекарем в с. Новоключи. Не чурались работы и прибывшие жены офицеров командного состава – Анна Волынская, проживая на улице Орджоникидзе с двумя маленькими детьми, работала кондуктором на железной дороге Купино.
Блокада Ленинграда для купинцев – это не просто эпизод, связанный с эвакуацией. Виктор Крестелев в своей книге «На Купинской земле» писал: «…в июле 43-го машинисты Гусев, Верховский, Гриценко в самые короткие сроки провели поезд с продовольствием в осажденный Ленинград…».
С особым трепетом необходимо говорить о наших земляках, защитниках осажденного города. На Стене Памяти купинского мемориального комплекса более 120 фамилий земляков, имеющих награду «За освобождение Ленинграда». Сотни погибли на подступах, освобождая северную столицу.
В их числе Степан Ефимович Лукошин. Многие ветераны, знавшие Степана Ефимовича и работавшие в одной с ним МТС, называли его «легендарной личностью». По Купинской МТС в то время выработка в условной мягкой пахоте на 15-сильный трактор составляла 685 гектаров, а в бригаде Лукошина она была выше более чем в два раза. Все Купино перед войной с песнями и транспарантами встречало его на станции, возвращавшегося из Москвы, куда он по приглашению руководителей государства и партии в числе многих новаторов страны ездил на совещание. Там ему и вручил Михаил Иванович Калинин орден «Знак Почета». Старший сержант Степан Ефимович Лукошин, механик-водитель танка погиб героической смертью под деревней Здрынога Ленинградской области, — писали друзья воина с фронта. Об этом же сообщила и похоронка…
О боях под Ленинградом писал наш землях, Никулин Федор Яковлевич. Воевал на Ленинградском и Прибалтийском фронтах. Уходил лейтенантом, вернулся в звании капитана. В послевоенное время прославился как умелый руководитель колхоза, был награждён, в дополнение к «военным», и «гражданскими» орденами. В школьном музее на малой родине Федора Яковлевича хранились пожелтевшие тетрадные листки с надписью: «Из фронтового дневника капитана Никулина Ф. Я.»:
«11 января 1943 года.
Вечером к нам во «второй эшелон» заехал комполка майор Клевцов и сообщил: «Завтра начнётся большое наступление». Вся ночь прошла в напряжённом ожидании.
12 января.
Завтрак на передовой бойцам раздали ещё до 6 часов утра. Полевые кухни сразу были отогнаны в глубокий тыл… И вдруг словно тысячи громов раскололи небо – началась артподготовка. Сначала заговорили орудия Ленинградского фронта, затем, буквально минут через пять в «хор» включились пушки и миномёты нашего, Волховского, фронта. Это было что-то невероятное! Мощный сплошной гул сотрясал землю. Над горизонтом плясали сполохи, вырывающиеся из стволов невидимых нами орудий, огненные полосы – следы реактивных снарядов («Катюш») опоясывали пасмурное небо. Часа два гремела канонада, и долго ещё стоял звон в ушах. Войска обоих фронтов пошли в наступление на вражеские позиции.
18 января.
Уже целую неделю идут ожесточённые бои. Преодолевая сопротивление врага, наши части продвигались вперёд. Работы много, на сон почти не оставалось времени. Ободряюще действует на организм, придаёт силы поступившее сообщение о прорыве вражеской блокады на узком участке вдоль южного берега Ладожского озера… Это знаменовало собой начало вызволения города Ленина из плотных вражеских тисков. Окончательная ликвидация блокады наступила лишь год спустя – 27 января 1944-го».
А вот в какой обстановке действовали внутри осажденного города, вспоминал наш земляк, ветеран, инвалид войны Пимен Степанович Ковалев: «Переправившись через Ладожское озеро по «дороге жизни», мы заняли оборону в районе путиловских высот, рядом со 167 стрелковым полком, которому вскоре были переданы для совместных боевых действий. Ленинград имел, мало сказать, печальный вид, он был объят дымом и огнем горящих зданий, зачастую без окон и дверей, с пугающими пустыми «глазницами». Кругом валялись разбитые машины, повозки, местами дорогу преграждали груды битого кирпича и всякого хлама. Не работали электростанции, не хватало воды, не говоря уже о хлебе и медикаментах. Людей валил беспощадный голод. Дети ватагами бродили среди развалин в поисках чего-нибудь съестного. Голодали воины в частях и на кораблях. У нас еще кое-что сохранилось в ранцах с «большой земли» – и мы раздали продукты ребятишкам.
К осени 1942 года немцы сосредоточили вокруг города большое количество военной техники и живой силы, превосходящие наши возможности по меньшей мере в три раза. И не единожды врагу удавалось прорвать оборону и захватить часть территории и даже подойти к стенам города. Чувствуя смертельную опасность, превозмогая неимоверные трудности, презирая страх, наши бойцы и ополченцы снова и снова восстанавливали рубежи. В оборонительных работах участвовали тысячи горожан – голодных и измученных бомбежками. На ряде участков один подчас действовал за двоих и троих. Царила братская взаимовыручка. В одной такой схватке я был ранен в третий раз – в грудную клетку. В полевой госпиталь попал только на третьи сутки, чудом остался жив.
В госпиталь угодила фугасная бомба, начался пожар, многие раненые погибли в огне. Я получил ожог левого плеча, но выкарабкался… Было очень тяжело. Всего не описать. Никогда не забуду тех, кто когда-то стоял рядом со мной у орудий, кто поддерживал в трудную, горькую минуту».
Сегодня память о блокаде Ленинграда и о тех, кто поддерживал город в те годы, живёт в сердцах купинцев. В школах и музее проводятся уроки мужества, посвящённые этой трагической странице истории. Жители района гордятся своим вкладом в общую победу и передают эту память следующим поколениям.
Материал подготовлен
научным сотрудником купинского районного
музейно-мемориального комплекса
Мариной Солодченко
Смотрите Все наше видео.
Комментарии