Смородин Николай Ильич

57 бессмертных. (Сталинградская битва)

Из воспоминаний Маршала Советского Союза Чуйкова В. И.

«57 человек из 112-й стрелковой дивизии Сологуба под руководством лейтенанта комсомольца Алексея Очкина девять дней обороняли сборочный цех, затем кручу в районе Нижнего поселка Тракторного завода. Вражеские танки, пехота, специальные штурмовые батальоны атаковали их по 5-6 раз в день, но безрезультатно. Даже когда в группе лейтенанта Очкина осталось 6 человек, и сам он был тяжело ранен, гитлеровские генералы считали, что кручу обороняет чуть ли не целая дивизия», “Герои Волжской твердыни” (“Правда”, 30 января 1963 г.).

Из воспоминаний лейтенанта Очкина Алексея Яковлевича.

«Фашисты пошли в наступление на Тракторный, и командарм перебросил нас туда. 14 октября мы обороняли площадь Дзержинского. Сто танков устремилось на нас. Орудие Смородина было разбито. Сам он уцелел чудом и вел огонь из бронебойки. Все горело: развалины, асфальт, земля… Немцы потеряли два десятка танков, но так и не взяли горстку бойцов, обогнув завод с тыла.

Мы прорвались в горящие цеха и продолжали бой с танками. Фашисты жгли нас, а мы — их. И вот тогда 57 раненых и обгоревших заняли оборону по самой кромке волжской кручи… Последние боеприпасы… Последний рубеж…»

Немецкий генерал Дёрр в книге мемуаров “Поход на Восток” рассказывает, что они не могли овладеть отвесным берегом Волги в районе Тракторного и сломить сопротивление трех дивизий русских. Если днем удавалось подойти к обрыву, то ночью мы вынуждены были снова отходить, так как засевшие в оврагах русские подразделения отрезали нас от тыла”.

Из воспоминаний лейтенанта Очкина Алексея Яковлевича.

«Три дивизии» — это были мы, пятьдесят семь бойцов! А «засевшие в оврагах» — Николай Смородин и три бойца с автоматами. Они брали с собою мешок гранат, пробирались в расположение фашистских частей и устраивали там переполох.

Девять дней мы не держали во рту крохи хлеба. Мутило, все плыло перед глазами. И страшнее всего Коле Смородину было оступиться и рухнуть из ячейки, прилепившейся, как ласточкино гнездо,

на отвесной круче. Если он рухнет — пройдет фашист. А за спиною Смородина — Волга, дальше — Урал, Сибирь…

 …Когда на боевых позициях нас осталось только шестеро: я, Вася Шутов, Степан Кухта, Коля Сергиенко, Коля Смородин и Черношейкин (имени его не помню) — и человек двадцать раненых под кручей, немцы пустили против нас саперно-штурмовой батальон с тяжелыми танками-тральщиками. Они хотели примять нас катками, а кто взорвется — тральщику не страшно…

Смородин подбил три танка. Прицелился в четвертый танк-тральщик, но тут его оглушило снарядом. Коля уцепился за край обрыва, но ослабевшее тело сползало. Это последнее, что я увидел, потому что и меня тяжело ранило…

Степан Кухта рассказал потом: ночью он привязал Колю Смородина к плотику из двух бревен, такой же плотик соорудил для меня и оттолкнул нас от берега.»

Они встретились в Москве через 21 год…

На снимке: А. Я. Очкин. А. М. Давыдова, маршал Советского Союза В. И. Чуйков, Н. И. Смородин. Во втором ряду: Рая Давыдова (дочь А. М. Давыдовой), В. В. Филимонов, В. В. Гусев, Коля Смородин (сын Н. И. Смородина).

 

 

Именем Николая Ильича Смородина названа улица в нашем городе.

СМОРОДИН НИКОЛАЙ ИЛЬИЧ.

старшина. Род. 1923. Призван Купинским РВК Новосибирской обл. 05.1940 г. 112 сд 62 А ЮВФ.

Орден Красной звезды.

Медаль За боевые заслуги.

Демобилизован (ампутация ног) октябрь 1944 г.



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *